tallinn
Литва
Эстония
Латвия

Авторы

Тоомпеа

Министерство культуры ЭР: Пиар проплачен?

Эпиграф:

Какая страна, такие и  Charlie Hebdo


В Эстонии завелся свой писатель-педофил. Ну как педофил, в прокуратуре считают, что Каур Кендер что-то там не то написал в своем  вроде как рассказе с говорящим названием «Untitled 12».

Ага! – воскликнет вдумчивый читатель.  – Вот они плоды европейской толерантнтности! А я предупреждал, что без духовных скреп мы тут же разложимся на плесень и на липовый мед! Хотя какой, к чертям мед, в лучшем случае на плесень и удобрения для отсутствующего сельского хозяйства.

Хотя весь даже не хочу говорить каким местом (но это явно не руки) сотворенный скандал — это такая незатейливая реклама, при чем не столько самого Кендера, сколько интернет-портала, где он, собственно говоря, и выложил рассказ, который, по мнению прокуратуры, «в большей части состоит из детальных и натуралистических описаний сексуальных отношений между мужчиной и ребенком, или сексуального насилия над ребенком»

Уже появившийся тэг «mina olen название портала» кричит «mina olen РЕКАЛАМА» настолько неприкрыто, что поневоле кажется, что вообще вся история и 2 авторских листа «Untitled 12» писались на заказ «под этот тег». В самом деле, не всем же карикатуры на мусульман рисовать? Есть ведь и другие  темы. Но рассказ вроде как появился раньше парижской казни, так что маркетологи просто «удачно подсуетились».

Пыхъяская окружная префектура оценила натуралистичность педофильстких описаний всего-лишь в 100 часов общественных работ, которые несложно превратить в еще одно шоу. И то, что Кендер на них не согласился вполне укладывается в общую канву происходящего. Автор заявил, что товарищи из Минкульта не смогли понять, что главное в произведении «описанное через призму гротеска разрушение психики серийного убийцы — сексуального маньяка и психиатрический коллапс»

Манипуляция настолько же старая, насколько примитивная. Описания сексуального насилия над детьми в произведениях соответствующей категории для соответствующей аудитории действительно имеют место быть. Да чего уж, в любом уважающем себя сериальном процедурале есть серия (а то и не одна) про похитителей детей, насильников и прочих извращенцев. И для того, чтобы составить собственное суждение о том кто прав, а кто нет, неравнодушному читателю придется зайти на портал в поисках того самого рассказа.

В итоге в плюсе оказываются все. Интернет-полиция дает понять, что недаром есть свой бутерброд с маслом и колбасой, Каур Кендер теперь «скандально известный» и может себя называть «эстонским Набоковым», а популярность портала, где по мнению прокуратуры публикуют детскую порнографию, растет как на дрожжах.

В минусе оказывается только читатель, которому под видом «Откровения и Набокова» скормили то, по сравнению с чем карикатуристы  Charlie Hebdo – тонко чувствующие художники-интеллектуалы. Не тратьте время на поиски этого рассказа даже если вы владеете эстонским языком. Это не Набоков, хотя я терпеть не могу набоковский стиль. Это стиль 14-летнего пубертатного школьника, который узнал про «пестики и тычинки» и выучил матерные слова.

Что, действительно неприкрытая шокирующая детская порнуха? – спросит все тот же вдумчивый читатель. – На самом деле развелись извращенцы в эстоноязычном сегменте интернета и интернет-полиция на самом деле «накрыла» их «педологово»? Или, хуже того, сознательно рекламирует это самое педологово для других педофилов?

Если этот набор слов чем и шокирует, то только своей  унылой убогостью и тупостью. Честное слово, сначала я написал довольно длинный и даже местами связный текст про собственное отношение к сетевой цензуре, обесцененной лексике, истерии вокруг самой «грязной» темы нашего времени – темы педофилии, а потом не выдержал и все стер.  Не в этот раз. Точно не в этот раз. Возможно, читатель увидит некоторое неуважение к себе со стороны автора статьи, но пусть уж лучше так, чем делать рекламу этому имеющему отрицательную художественную ценность продукту жизнедеятельности.

Но у меня возникли вопросы к чиновникам из Минкульта. Министерство культуры на самом деле собирается оценивать это с точки зрения, собственно культуры? И, если да, сколько ему за это заплатили? И кто? Потому как до этого педоскандала о «Untitled 12» знало полтора эстонца. А теперь – вся страна. И я, к примеру, лучше бы и дальше не знал.

Загрузка...