tallinn
Литва
Эстония
Латвия

Авторы

Ласло Краснлхоркаи
© mta.hu

Писатель Ласло Краснахоркаи — «финно-угорский» поклонник русской классики

…мои произведения с удовольствием читают
 немцы, чехи, испанцы, но они не понимают,
что я хочу сказать,
а вот русские могли бы понять, но не читают…
(Ласло Краснахоркаи)

Недавнее вручение Международной Букеровской Премии венгру Ласло Краснахоркаи (Laslo Krasznahorkai) прошло практически незамеченным для ведущих СМИ, в том числе и литературной (окололитературной) тематики. Во многом это объясняется тем, что международный «Букер» все еще борется за место под солнцем. На данный момент премия может похвастаться только громким названием. Из лауреатов «с именем» можно назвать разве что обласканного критиками американца Филипа Рота. В остальном же, фамилии лауреатов Премии иногда даже менее известны, чем названия фильмов, снятых по их книгам.

Писатель с труднопроизносимой фамилией Краснахоркаи исключением не стал. Еще один «финно-угр», основной тематикой творчества которого стала депрессия, безысходность, «философия потерянности», если можно так выразиться. Он действительно любит Достоевского и не кривит душой, когда признается в этом. Собственно говоря, достаточно прочитать пару рассказов на выбор и все встает на свои места.

Скромный парень с непростой судьбой, уроженец соцлагеря, прекрасно разбирающийся не только в русской классике, но и в современной русской литературе гораздо более известен ценителям венгерского авторского кинематографа, нежели любителям литературы. А уж то, что фамилия его друга и «творческого союзника»  режиссера Бела Тарра чаще попадает в СМИ – неоспоримый факт. Ничего не поделаешь, артхаус постепенно становится индустрией, хорошо это или плохо. Индустрией для избранных, точнее, для людей, которые считают себя избранными, но индустрией.  А вот писателю, занимающему нишу между условным Мураками и условным же Эко, приходится нелегко. Слишком сложно для того, чтобы быть массовым и не слишком «элитно», чтобы претендовать на «пантеон».

В русских переводах Краснахоркаи издавался редко, отчасти по вышеизложенным причинам. Не только, конечно. Да, отсутствие привычного «экшна» (по сравнению с «Сатанинским танго», «Преступление и наказание» — остросюжетный детективный боевик). Да, непривычный «описательный» слог (отсутствие вообще каких-либо диалогов в рассказе/миниатюре для автора, скорее, норма). Да, множество переосмыслений всемирно известных классиков от Данте до Ницше, куда же без него. Все это играет определенную роль. Но, тем не менее, сбежавший из дома так и не доучившись, проехавший полмира, но во-многом еще продолжающий жить в Венгрии своей молодости, Краснахоркаи достоин куда как большего внимания, чем некоторые именитые «раскрученные» писатели.

Особенно для эстоноземельцев  и эстонцев. Вообще, довольно странно, что писатель не стал популярным в Эстонии. Какое-то родство, безусловно, ощущается. Возможно, финно-угорские корни, возможно, социалистическое прошлое, возможно, деревенско-хуторская ментальность, возможно, все это вместе и что-то еще, но на эстонском языке автор, как мне кажется, читался бы практически идеально, возможно, лучше, чем на русском. Недаром фильмы, снятые Белой Тарром, часто сравнивают с картинами Тарковского, которого в свою очередь очень много связывает именно с Эстонией.

P.S: Не может не огорчать, что жители Эстонии все меньше интересуются культурой стран Восточной Европы. В ЭССР интерес к литературе, музыке, живописи стран Варшавского договора был постоянно высоким. Сейчас же бывшие народные социалистические республики воспринимаются только в контексте очередной политической эскапады, не более того.

Загрузка...