tallinn
Литва
Эстония
Латвия

Авторы

«Бронзовый солдат» на Тынисмяги
© РИА Новости. В. Бабайлов

Мнение: «Бессмертный полк» в Таллине vs «Нафиг надо»

Снова весна и снова в Эстонии обострение. На этот раз повод не сам факт празднования Дня Победы, а инициатива «Бессмертный полк».

Например, один одарённый на всю голову мыслитель увидел в акции не много не мало «воинствующую идею мести». Иные, калибром поменьше, выдают перлы вроде: «в той войне не было победителей» или «зачем нам какое-то непонятное прошлое — надо смотреть в будущее».

Основной мотив понятен: дело это «тухлое», организуют его люди «тухлые», и вообще — нечего ходить строем, как бараны. А если хочется вспомнить, то тихо приди на Воинское кладбище к Бронзовому солдату один и вспоминай себе, сколько влезет. И лучше приходи не девятого, а восьмого или десятого мая, чтобы без этого всего напускного; ведь это твоя память, а не всякого пьяного быдла, которое обязательно припрётся именно девятого, и именно под вечерок.

К сожалению, пьяное быдло будет, и будет в том количестве, которое окажется явно чрезмерным, для адекватных людей. Так же было и в прошлом году, когда следуя к памятнику вдоль Тартуского шоссе, я наблюдал десяток компаний по-трое, которые либо дожирали «родимую», либо уже спали под припекающим майским солнцем на скамейках, или же орали матом проходящим мимо иностранцам, сообщая о том, что «это наш праздник», а все остальные пусть идут лесом. 

Делая отступление от темы, хочется коснуться проблемы распития горячительных и на самом кладбище; каждый из вас, скорее всего, видел эти злачные компании, расположившиеся позади «Бронзового солдата» на кладбищенской стене. Вроде, и празднуют, и песни поют военные, но вот лица всё какие-то водкой пропитанные, а лосины розовые обтягивают не самые стройные зады. Не собраться ли всем хорошим людям и не ввести ли на 9 мая безалкогольную зону вокруг памятника на расстоянии метров, эдак, в двести? Пусть Таллин станет первым, а остальные города — глядишь и подтянутся.

Так что же там с этим полком — идти, али как? Стоит ли делать копию фотокарточки деда и оборачивать её пакетиком? Есть ли смысл в понедельник, после трудового дня, прорываться через центр и пробки к автовокзалу в час пик? Будет ли весело от того, что рядом с тобой идёт пьяная рожа, которая каждые полминуты перегарно поздравляет тебя с праздником? 

И вообще — семейную фотографию на всеобщее обозрение… СМИ будут, ещё засветишься. Ну как, вы ещё горите страстным желанием участвовать? Я — нет. С того момента, как я узнал, что у нас будет проводиться эта акция, а точнее, что это будет не стенд, как раньше, а именно шествие, я понял, что участвовать в этом мероприятии я не особо жаждою. Но вместе с тем, я ни секунды не сомневался в том, что участвовать надо, жизненно необходимо. И я сейчас говорю не о памяти предков, не о долге перед павшими героями, а о простой практике выживания этноса. 

Когда наши шли на фронт, они, конечно же, начинали свой путь в одиночку — каждый просыпался отдельно, выходил из дома, шёл на сборочный пункт. Но на фронт они прибывали не индивидуально, а вместе, в товариществе. Это было не просто иерархическая систематизация физической силы народа, а мировоззренческая консолидация духовного корня русской цивилизации, коим является соборность. Я уверен, что многие уже знакомы с этим термином. Кто-то знает его из трудов Алексея Хомякова и Николая Бердяева. Кому-то он известен, как смутный объект терзания в либеральных СМИ. А соборность, есть всего-навсего способность собирать. Не копить или накапливать, а собирать и собираться. Вот и сейчас у нас есть возможность посмотреть, на сколько мы ещё являемся русскими. Мы, как народ, и мы, как каждый из нас в отдельности. Сможем ли мы утром пойти на работу, а потом найти в себе силы добраться до точки сбора, взять в руки фотографию и дойти до туда, до куда надо дойти? Не является ли «Бессмертный полк» метафорой на главную идею русского народа — идею объединения?

Да, есть много доводов против участия в этой акции. И с каждым из них ведётся усердная работа определённых структур. Если вы думаете, что я параноик, что мне везде кажется «госдеп» и «сионисты», то не спешите злорадствовать. Я соглашусь, что нет госдепа и нет сионистов. Но работа идёт. Социальные процессы, как стихийное изъявление воли народа — это сладкое заблуждение тех, кто просто не хочет думать. А как же тогда сам «Бессмертный полк?— спросите вы. — Он тоже не стихийный?» Да, он тоже социальный процесс и он тоже отчасти результат подобной работы, но только с другой стороны. Разница лишь в том, что в случае с «полком» мы видим конечную цель. Она не скрыта от нас за пеленой туманных формулировок и эфемерных изречений о европейских ценностях. Она реальна — протяни руку, открой книгу и увидишь, откуда берёт начало эта идея, а также куда она приведёт. 

А вот «работа» по дискредитации «полка» — это ягода совсем другого поля. Конечная цель этой работы — сделать так, чтобы каждый из нас в отдельности не участвовал в этой акции. И успех такой работы будет прямо пропорционален количеству русских, которые и хотели бы пойти, но решили всё же этого не делать по причинам мною выше изложенным. Также успех будет обратно пропорционален количеству эстонцев, участвующих в акции. И здесь есть своеобразный вызов инициаторам этого мероприятия: привлечь как можно больше рядовых эстонцев. Один эстонец, участвующий в «Бессмертном полку», стоит сегодня десяти русских.

Давайте, напоследок, подумаем, как так случилось, что появилась такая акция? Сорок пятый уже давно в прошлом, и «герои былых времён» безвозвратно уходят в лучший мир. Моё поколение помнит встречи с ветеранами у памятника ещё в те времена, когда перед монументальной скульптурой — перед этим бронзовым парнем с балтийскими чертами лица — ещё рдел жаркий, но еле-видимый в ярком весеннем солнце Вечный Огонь. Шли годы, и ветеранов становилось всё меньше и меньше. В голову невольно приходил вопрос: «а что дальше?» В детстве мы покупали два букета гвоздик — один к памятнику, а другой, чтобы раздать ветеранам. Несколько лет назад, покупая гвоздики на девятое мая, я застал себя на мысли, что уже не уверен — брать ли мне второй букет. И вот пришло время, когда ветераны, фактически, ушли, а остались только мы. Так, может быть, «Бессмертный полк» — это и есть олицетворение той «вечной славы», о которой вещал голос Левитана? Может быть эти десятки и сотни тысяч чёрно-белых лиц, идущих по улицам городов все вместе, и есть то бессмертие, которое наше поколение, не знавшее битв, обязано сохранить?

Чем больше шумихи поднимают в прессе, чем сильнее нагнетают обстановку вокруг этой акции, тем более усиливается чувство пресыщенности у ключевых участников этого действа — у людей, помнящих свою историю. Ещё и небезызвестного Дмитрия Линтера сюда приписали, сделав его чуть ли не полководцем. Но, на самом деле, меня не волнует, кто организует в Таллине акцию «Бессмертный полк». Мне глубоко плевать на тех алкашей, которые придут туда: 9 мая для них не более чем очередной повод для попойки. Для меня важно одно — приду ли я. Остались ли у меня ещё те древние силы объединения, или я уже побеждён цивилизацией индивидуалистов? 

Помните время, когда в Таллине горел Вечный Огонь? Он должен был гореть вечно, но теперь его нет. Мы — — народ позволили его потушить. Теперь у нас есть «Бессмертный полк», но его бессмертие зависит только от тебя и от каждого из нас.

Загрузка...