tallinn
Литва
Эстония
Латвия

Авторы

Про общежитие в Эстонии, или К обществу социального вовлечения

Англоязычный термин «empowerment» переводят на русский язык как «повышение компетентности». На мой взгляд это не очень удачный перевод, потому что отсутствие компетентности или некомпетентность часто несёт выраженную негативную коннотацию.

Таким образом, если говорить по-русски о повышении компетентности какой-то части общества, это может вызывать ассоциации ущербности данной части общества. На мой взгляд «empowerment» отражает некоторое среднее понятие между «повышением компетентности» и «вовлечением», которое происходит на добровольных началах и с позиций вовлекаемых, чьи возможности влиять и участвовать в общественной жизни при этом возрастают.

Две недели назад я опубликовал статью о ЦУ MISA, в которой подверг критике зацикленность MISA на языке. Меня в принципе обрадовало тогда и зацепило желание председателя совета MISA «переосмыслить» интеграцию. Вместе с этим, в статье председателя, заявляющей о необходимости переосмысления, было несколько указателей на чрезмерную зацикленность на эстонском языке, что ставит под сомнение искренность призывов к «переосмыслению интеграции».

По итогам публикаций между председателем и мной успел состояться обмен короткими репликами. Мне сообщили, что мы по-разному понимаем необходимость знания эстонского языка и методов достижения этого знания, но, добавили, что для этого и есть разные мнения. Восклицательный знак в конце.

Немного подумав, я в свою очередь ответил в том смысле, что «методы достижения» нам нужны для учёта разных мнений (а не для продавливания определенной уже поставленной цели).

В получателях описанного обмена репликами были члены совета ЦУ MISA — среди них 6 эстонцев и 2, как принято называть у нас на языке сегодняшнего государства, неэстонцев. (Отдельно замечу здесь, что считаю этническую принадлежность вопросом самоидентификации. Поэтому следует сделать поправку на то, что приведённые цифры это внешняя оценка с моей стороны этнической принадлежности членов совета. Кто-то, возможно, взглянув на список, сделает другие выводы. Хотя, снова может ошибиться, потому как вопрос самоидентификации личное дело человека.) в общем, считаю, что про MISA можно сказать, что эта организация находиться под властью большинства.

Зачем считать эстонцев и неэстонцев? Дело в том, что «повышение компетентности» и «вовлечённости» подразумевает формирование подобных советов из представителей, в данном случае, этнических меньшинств, давая им возможность сформулировать свои представления и предложения об условиях нашего общежития. В противном случае у экспертов-представителей большинства может появиться представление о себе, как о «спасителях», решающих проблемы, в то время как у меньшинства вырабатывается представление о себе, как о «жертвах». Такие представления в принципе губительны для тех и для других. Маргинализация меньшинств возрастает, большинство теряет связь с реальностью, привыкая распоряжаться на счёт меньшинства, не понимать его и продолжать усиливать маргинализацию.

Если взглянуть, к примеру, на русские школы, то многие из них находятся под управлением директоров-эстонцев. Потеря администраторов, как и потеря учителей, ведёт к упадку русской общины в целом. В этом также можно видеть потерю компетентности. Уже не раз говорилось о том, что на госслужбе работает незначительный процент русских (https://mgpr.eu/в-министерствах-эстонии-по-прежнему-в/). Однако, первая реакция от MISA сигнализирует, к сожалению, о «методах достижения знаний по эстонскому языку».

Где те люди, представители большинства, которые решатся наконец дать реальный импульс к переосмыслению нашего будущего? Чего ждут? Не хочется расставаться с превосходством? Если так, то зачем оно, такое превосходство?

В заключение, используя применяемые в наших краях анимализмы, к сожалению, приходит на ум следующая аллегория:

Жил был ёж. У него были острые колючки, поэтому никто не хотел с ним дружить, но и не мог его съесть. Но тут пришли добрые эксперты, чтобы повысить компетентность ежа, и отвели его в парикмахерскую. Ёж стал гладким и пушистым, как колобок. Тут с ним и приключилась лисичка… Так добрым экспертам удалось повысить компетентность ежа и включить его в пищевую цепочку леса. Прошло время. Вслед за ежами эксперты «помогли» другим зверям. Экосистема погибла.

Загрузка...

Сюжеты