tallinn
Литва
Эстония
Латвия

Политика

Сергей Середенко
© BN

«Политкорректор» с Сергеем Середенко: опять про профессию и снова про гражданство. Обновлено!

25 лет иллюзия, закреплённая в праве, значительно укрепилась в обществе. Для эстонцев она давно стала нормой (хотя и среди них случались дебаты), в том числе правовой, а для русских… тут есть, что исследовать.

Oxana Chelysheva: «Я последний раз в жизни помогаю тем, кто не ценит ни свою жизнь, ни чужую». Это — не цитата, это весь текст целиком. Оксана — моя коллега, обычно немногословная. Сужу по Facebook — лично мы не знакомы. Для такого заявления, для принятия такого принципа правозащитнику такого уровня нужны были веские причины. Какие — можно только догадываться…

Интересна её попытка записать ещё одну строчку в свой личный code of conduct. Правозащитник — профессия дьявольски сложная, начиная с того, что чаще всего — непризнанная, хотя ООН в своей Декларации о правозащитниках (принятой ГА ООН консенсусом!) обязывает государства нас признавать. В государственных профессиональных реестрах профессии «правозащитник» — нет, как нет и профессиональных стандартов. «Адвокат» — есть, «судья», «следователь», «прокурор» — есть, а «правозащитника» — нет. Как результат, приходится не только заниматься правозащитной деятельностью, но и практически ежедневно доказывать право на жизнь самой профессии. Неопределённость, принципиальная открытость профессии, помноженная на циничность нашего века («хороший человек — это не профессия!») обуславливает и неопределённость методов. Как правозащитников, так и «подзащитных». Вот, например, на неделе получил такое письмо:

«Здравствуйте! Пишу Вам с связи со следующим вопросом/обращением: насколько я понимаю, Вы являетесь правозащитником у нас в Эстонии. В связи с этим хотелось бы узнать, сотрудничаете ли Вы с какими-либо действительно сильными и надёжными адвокатами (возможно и не с эстонскими, а с российскими!, так как в Эстонии у нас похоже таких вообще нет!), которые не боятся бороться с нашими фашистскими прокуратурой и судами против их незаконной деятельности и незаконных обвинений, и при этом сами (адвокаты) работают на совесть??!! В связи с этим хотела бы попытаться обратиться к Вам за помощью: человек (молодая женщина из Таллинна) находится сейчас в сложной ситуации! Она была избита(!) семейством кавказцев (по-нашему "(удалено мной – С.С.)" в Таллинне, а прокуратура незаконно (ясно, что за взятку со стороны реальных преступников!) сделала её же обвиняемой(!), а бандитов пострадавшими! Представляете себе беспредел??!! Сейчас уже пройдены 2 инстанции, где человека незаконно естественно признали виновной! Поэтому сейчас сроки поджимают и очень нужна помощь для обращения в высшие инстанции — в Госсуд (и далее уже потом в Европейский суд!)! Может Вы как-то могли бы помочь личными контактами/знакомствами в этом деле? Помощь действительно крайне необходима! Очень надеюсь на Ваш ответ!». (орфография и пунктуация сохранены).

Кто этот человек? Что за избитая женщина? Из письма понятно только, что дело уже дошло до Государственного суда, а там нужен присяжный адвокат. Ну, написал женщине имена адвокатов, которым доверяю. В ответ получаю следующее:

«Все лишь отписываются! И, кстати, сам же Джульетто Кьеза посоветовал мне обратиться к Вам лично! А получается, Вы сами тоже на деле незаинтересованы помогать и лишь «отправляете к другим»?».

А ведь это ещё цветочки. В ситуации отсутствия признания у самой профессии признания приходится добиваться прежде всего через СМИ. Этот мир так устроен. Одно время я вёл переписку с Европейским институтом омбудсменов, что в Инсбруке, и они одарили меня пачкой методических материалов. Одна максима врезалась в память: «Омбудсмен хорош настолько, насколько он известен». Значит, надо присутствовать в СМИ. По факту же от каждого второго разговора со СМИ приходится отказываться.

Вот, например, Alexandra Lusnikova с 5-го канала Санкт-Петербурга захотела снять интервью со мной для сюжета о визите Порошенко в Эстонию и Финляндию. Поскольку я, если помните, собирался устроить акцию протеста и запрашивал для этого у эстонского МИД график пребывания Порошенко в Таллине. Вечером после записи интервью (которое так и не вышло — обычное дело, кстати, с российскими телеканалами) нахожу у себя такое сообщение от неё:

«Добрый вечер! Спасибо за интервью! Скажите, не знаете ли вы людей, может быть, какие-то общественные организации, которые бы были против того, что до 2025 года страны Балтии намерены отключиться от кольца БРЭЛЛ, в которое замкнуты электросети Белоруссии, России, Эстонии, Латвии и Литвы? Может быть, в Эстонии кто-то выступает против этого? Заранее спасибо, если подскажете».

Вопросы такого рода обожает, например, радио Коммерсант FM. То попросит прокомментировать коррупцию в Таллинском порту, то бесславную гибель Estinian Air…

Я_в_этом_не_разбираюсь.

То, что проблема типичная, подтверждает и такой вот пост Oxana Chelysheva:

«Сегодня попросили дать комментарий для одной итальянской газеты о Захаре Прилепине. Ответила на вопрос коротко:
«Два с половиной года писатель Прилепин помогал мирным жителям Донбасса, детям, старикам, инвалидам, больницам и детсадам. Много помогал. И своими деньгами, и люди давали. И мир этого не видел. В упор. Ни детей, ни стариков, ни жертв обстрелов. Писатель Прилепин ушёл на войну и это тут же заметили. Как-то это не очень красиво».

О признании правозащитников, финансировании их деятельности (тоже требование ООН!), прекращении их преследования и полной абсурдности регуляции связи государства с гражданским обществом в Эстонии очень хочу поговорить с главой МВД Андрусом Анвельтом. А до этого хотел поговорить с Ханно Певкуром. Не принимают. Притом, что приём граждан ведётся.

Вот Юри Райдла прошлой весной представил парламенту свою «просьбу гражданина» — и его приняли. Всем составом Рийгикогу, хотя в регламенте такой формы нет. И не только приняли, но и выслушали — я уже писал об этом. А с Катрин Лугина, ответственной за пропуск граждан к главе МВД, мы регулярно созваниваемся, даже шутим, но министр по-прежнему чрезвычайно занят. Война? Нет. Мятежи? Нет. Ну, тогда я еще через недельку позвоню…

Разное отношение к «просьбам гражданина» двух разных граждан подводит к очевидной мысли о том, что и гражданство у нас с Райдла — разное. И тут надо отметить, что вновь вброшенная в общественный дискурс тема гражданства (и безгражданства) породила любопытную дискуссию, на результатах которой хотелось бы остановиться. Тем более что на неделе выступал с докладом в Изборском клубе как раз на эту тему —обкатывал свои тезисы, которые буду в конце марта представлять на парламентских слушаниях в Государственной Думе РФ. О «статусе соотечественников» и российском гражданстве — как-нибудь в другой раз, а пока обратимся к эстонскому гражданству.

О краже гражданства я уже неоднократно писал, но после состоявшейся дискуссии мне очевидно есть, что добавить к сказанному. Но для начала хочу привести фрагмент из своей книги «Русская правда об эстонской конституции», который я в ПК еще не приводил:

«Приведенные выше мемуары интересны, среди прочего, тем, что нехотя показывают, сколько «правопреемных граждан», и, прежде всего, юристов, среди которых оказались не только будущие члены Конституционной Ассамблеи, но и даже авторы конституционных проектов, выступили против «правовой преемственности», которую мы рассмотрим в отдельной главе. Среди них, как уже указывалось, были Юри Пыльд, Юри Райдла и Индрек Коольмейстер. Последний удостоился от Энна Сарва такой оценки: «Индрек Коольмейстер (…) решил вопрос одним ударом топора: у бывших граждан бывшего государства и их потомков (то есть у коренного эстонского народа), а также у созданных ими органов нет ни малейшего юридического основания представляться субъектом государственного права, особым собранием, уполномоченным на плебисцит. При ограничении круга субъектов самоопределения нет никакой формальной связи с гражданами бывшей Эстонской Республики, то есть с правом, полученным по рождению. С позиций сегодняшнего дня мы можем заключить из этих высказываний, что нынешнее Эстонское государство юридически не существует».

Ведь что такое гражданство? Теоретики солидарны в том, что универсального определения гражданства нет и быть не может – гражданство, в зависимости от политического контекста, всегда является «сущностно оспариваемым». Поэтому, когда мы говорим об эстонском гражданстве или израильском гражданстве – мы говорим о разных вещах.

Сама идея гражданства является, в общем случае, производной от идей свободы и равенства. При этом принципиально, что «иностранец» или, тем паче, «негражданин» остаётся за пределами этой свободы и этого равенства. Да и внутри «равенства» равенство может быть весьма условным и напряжённым — так, арабы Израиля все являются гражданами Израиля, хотя сам Израиль – «еврейское государство». А в раннем советском гражданстве за пределами равенства были «лишенцы». «Все вместе — это без тебя».

«Гражданство» также — юридическая иллюзия (термин). Как «юридическое лицо», «признание умершим», «государство» и прочие юридические иллюзии. Нечто, созданное как вспомогательный инструмент. В зависимости от целей «вспоможения» гражданство может быть статусом, отсутствием статуса или привилегией. Возможны и другие варианты. В Эстонии и Латвии «правопреемное» гражданство — очевидная привилегия. Для создания этой юридической иллюзии иллюзионистам понадобилось совсем немного времени, но вот правовым верованием у «неграждан» оно становится только сейчас.

Помнится, как-то я сделал замечание Димитрию Кленскому по поводу употребления им фразы «Я — правопреемный гражданин!». Замечание высказал в виде вопроса: «Ты что, сторонник «теории оккупации»?». «Нет, конечно!». «Тогда какого же…?». С тех пор Кленский употреблять эту фразу перестал. Но это —Кленский. Многолетний товарищ. С «рядовыми гражданами» сложнее. Вот такой вот диалог я нашел у своего корреспондента в Facebook:

«Mihhail Parf: Кстати, среди обладателей серых паспортов есть группа людей, которым по разным причинам не дают даже постоянный вид на жительство. Эти люди родились в Эстонии! Их государство так ненавидит, что даже паспорт иностранца у них второго сорта. Думаю, им вообще ничего никогда не светит.

 Собеседник: Этим людям не дают постоянный вид на жительство по причине нарушения порядка этими же серопаспортниками. Я с 1995 года по 2003 имел статус нелегала в Эстонии. Я родился в Эстонии, мои родители похоронены в Эстонии. Я мог бы уехать в Россию. Но я легализовался. А теперь имею возможность получить гражданство (экзамены сдал). А теперь кому-то так просто будут раздавать гражданство??»

Из последнего выступления чётко видно восприятие эстонского гражданства именно как привилегии. Люди русские, да что с вами?! Привилегии не для того выдумывались и вводились, чтобы обеспечивать вам к ним доступ. Выучите язык – просите гражданства! Получили гражданство — доказывайте «лояльность», о которой сейчас не трындит только ленивый эстонец. И так без конца. И та работа, которую проделали очень многие русские в Эстонии и Латвии — это ведь работа по самоуничтожению. Ведь сначала надо было признать эстонцев и латышей — «правопреемными гражданами», а себя — «негражданином». А потом — «нелегалом». И собеседник Михаила эту работу проделал, сознательно унижая себя и тем самым возвеличивая «титульных». Хотя «Я родился в Эстонии, мои родители похоронены в Эстонии». Значит, сомнения ещё есть.

Гражданство — это комплекс политических, гражданских и социальных прав. Для привилегированных граждан, раз уж договорились, что в Эстонии «полноправное» гражданство — привилегия. А для остальных, т.н. «натурализованных» («натурализация» к получению эстонского гражданства гражданства не имеет никакого отношения) граждан? Удивительный ответ дал «Дмитрий, 28, строитель»: «Гражданство — символ духовной связи со страной» Молодец, «Дмитрий, 28, строитель»!

Я часто думаю: а что, если бы в 1991 в Эстонии и Латвии вместо русских были бы арабы? Ну, как в Израиле. Прошёл бы этот фокус с гражданством у иллюзионистов?

Впрочем, не всё так запущено. Выступил Алексей Осенин: «Например: почему я должен проходить бюрократию и доказывать, что знаю эстонский на определенный уровень, если я и так его знаю как родной язык?». Не самое грамотное выступление, но очевидно наличие у молодого человека чувства собственного достоинства. Хотя и у него читаем: «Некоторые граждане не знают ни имен общественных деятелей, ни определенных мест в Эстонии, не интересуются обществом и некоторыми событиями, не знают законы. Но у них почему-то оно — эстонское гражданство — есть. И вот тут у меня и возникает непонимание. При развале СССР им легко и просто выдали это гражданство, а они, по новым законам, оказывается, его ну никак не могли бы иметь!»

Ну, гражданство по карточкам Конгресса Эстонии, о которых он пишет, было насквозь политическим —за пропаганду и поддержку иллюзии. Для создания люфта в логике «разделяй и властвуй». И Алексей на эту логику повёлся…

Вывод: за 25 лет иллюзия, закреплённая в праве, значительно укрепилась в обществе. Для эстонцев она давно стала нормой (хотя и среди них, как было показано, случались дебаты), в том числе правовой, а для русских… тут есть, что исследовать.

Напоследок про тех, кто внимательно следил за руками иллюзионистов и не дал себя развести. В следующую среду, 22 февраля в зале 305 Харьюского уездного суда в 11.00 состоится заседание по обвинению Сергея Чаулина, Алексея Есакова, Сергея Менькова, Аллана Хантсома и меня в том, что мы не провели 9 мая запрещённый полицией марш Бессмертного полка. В рамках этого процесса Сергей Меньков попробует восстановить Таллинский городской суд, а все вместе мы попробуем отменить парочку дурацких положений Закона об охране порядка.

Приглашаем.

#FREEPISKORSKI, Артём Скрипник, Владимир Поляков, Александр Краснопёров

Загрузка...