tallinn
Литва
Эстония
Латвия

Политика

Сергей Середенко
© BN

«Политкорректор» с Сергеем Середенко: прибалтизация Запада и украинизация Прибалтики

Угроза окончательной украинизации Прибалтики настолько остра, что «обычный» агрессивный национализм воспринимается уже как норма.

Начну со страны, которая крайне редко появляется в ПК — с Приднестровья. Ей, если верить одной не слишком разошедшейся новости, выдвинула ультиматум Украина.Об этом говорится в большом спецпроекте LIGA.net, посвященном трехлетию «русско-украинской войны» — «Война 2017». Депутат и советник президента Украины Ирина Фриз заявила, что присутствие российских войск в Приднестровье «в условиях потери ими как миротворческих функций, так и доверия членов группы "5+2" (Молдова, ПМР, РФ, Украина, ОБСЕ, ЕС и США) является неприемлемым для Украины». 

Депутат также отметила, что территория Приднестровья за последние три года превратилась в региональный центр поставки наемников для участия в боевых действиях на востоке Украины на стороне россиян и подрывной деятельности в юго-западных областях Украины со стороны российской резидентуры. По словам Фриз, несмотря на постоянные требования Украины о полной демилитаризации Приднестровья и замену российских войск адекватными международными полицейскими контингентами под эгидой и мандатом ООН, ОБСЕ или ЕС, Тирасполь продолжает «играть в дурака, делая вид, что не понимает сигналы». На территории Приднестровья размещены подрывные центры российских спецслужб, базы тренировки для жителей ПМР, которых потом перебрасывают на Донбасс.

По мнению Украины, ситуация в Молдове ухудшилась с приходом к власти в стране пророссийского Игоря Додона. Там считают, что один из вероятных сценариев — попытка нового прокремлевского президента интегрировать в состав Молдовы пророссийское Приднестровье. Если это удастся, то в этой стране на много лет сохранится подконтрольный Москве режим.

Впечатлениями о том, что сейчас происходит в Молдове, мог бы поделиться Дмитрий Ермолаев, но — не судьба. Вот два его сообщения в Facebook:

«Только что был отпущен сотрудниками молдавских спецслужб из камеры, где они с применением приемов психологического давления пытались меня допрашивать. При этом у меня были конфискованы средства связи, компьютер и личные вещи. После получения вещей я заявил, что уже не отвечаю за их содержимое, учитывая, что более получаса они находились в руках сотрудников спецслужб. В настоящий момент сотрудники молдавских спецслжб в закрытой камере допрашивают негражданина Латвии Андрея Татарчука. Вместе с Татарчуком мы сегодня прилетели в Кишинев для поездки в Тирасполь с целью сбора материалов для нашей совместной книги о событиях в Латвии в 1990-91 гг. (в Тирасполе проживают очевидцы этих событий). Данный визит имел частную цель (написание книги). После прилета перед допросом нас продержали в зале прилета 2 часа, конфисковав паспорта».

«В Москве! Последние минуты в молдавском аэропорту напоминали полный сюр. К нам подошёл молодой человек с военной выправкой и тюремно-надзирательным голосом скомандовал идти на посадку. На наш вопрос о паспортах был дан ответ — «Вернут в Москве». 

Молодым человеком оглашались команды: «Идём!», «Стоим!», «Садимся в машину!».  Перед посадкой в самолёт мы всё-таки попытались получить разъяснения, что же произошло (в юридическом плане — так как нам так и не было разъяснено). Молодой человек три раза ответил «Я не могу говорить». Наша ремарка о том, что президент Молдавии назвал наше задержание беспределом, заставила сопровождающего похлопать глазами, но не способствовала получению дополнительной информации. Удостоверившись, что паспорта переданы экипажу, мы наконец поняли, что 14-часовой театр абсурда завершился.

В Москве пограничники, получив паспорта и некую сопроводительную к ним бумагу (в которой не было ничего указано, кроме того, что «направляем паспорта»), пытались у нас выяснить, что же случилось. Так как мы могли рассказать лишь про то, что 14 часов без объяснения причин провели в аэропорту (с попытками допросов в начале), то пограничники, округлив глаза, сказали, что с таким не сталкивались. По их словам, если нас депортировали, то должен был быть документ о депортации, если не депортировали, то почему забирали паспорта и передавали их через экипаж как при депортации?».

Вообще, тут какой-то циклон с политикой закручивается. В прошлом выпуске я указал на «украинизацию Прибалтики», а Александр Носович напомнил, что еще год назад писал о «прибалтизации Запада»: «Прошлой весной эта тенденция уже явно обозначилась. Политический класс США и стран Западной Европы перенимает политический язык своих самых жалких союзников в Восточной Европе: маргинальные прибалтийские фобии о вечной угрозе со стороны России, «антицивилизационной» сущности русских и их государства под влиянием международно-политической конъюнктуры превращаются в мейнстрим Западного мира. Сегодня тенденция прибалтизации находится на пике».

В связи с чем настоятельно рекомендую прочитать статью Карла Бильта, которая является просто словарём этого политического языка. Языка, который (во что я просто не могу не верить) скоро превратится в мёртвый язык. Потому что это язык лжи. А правду с трудом, но отстоять можно. Вдруг просочилась правда о том, сколько заплатил Киев за встречу главы МИДа угробленной страны с президентом США…

А еще Британская газета «Dailymail» анонсировала фильм «BBC» с новыми для Запада подробностями крушения малайзийского Боинга «MH-17» в небе Донбасса. Как утверждает «Dailymail», «BBC» озвучит версию поражения Боинга ракетой «воздух-воздух», выпущенной из самолёта украинских военно-воздушных сил. Заказчиком кровавого преступления представят ЦРУ США.

Что же касается внедряемых мифов, то очередной, причём не тактический, а стратегический миф озвучил депутат латвийского Сейма Эдвин Шноре: «советская оккупация оставила латвийскую экономику в руинах». Расчет интересный: молодёжь не знает, с каким стартовым капиталом начинала «латышская Латвия», а те, кто помнит, с радостью этот миф поддержат. Потому что «Мы угробили свою страну собственными руками, и поздно уже что-то сделать».

«Украинизацию Прибалтики» я помянул потому, что она задаёт новое качество прибалтийскому агрессивному национализму. Боевое, если можно так выразиться. Его пытаются прятать, а он всё равно выползает наружу. Александр Гапоненко пишет про судьбу исходников своего документального фильма ««Ostland» —ночь под свастикой»:

«Фильм о преступлениях немецких и местных нацистов в годы войны. Дома хранились документальные кадры немецких хроник, которые не вошли в фильм. Во время обысков полиция безопасности изъяла у меня эти материалы и мне их так и не вернула. Уничтожили документальные свидетельства преступлений местных нацистов. Из кинофотоархива Латвии, в котором я купил эти кадры, они тоже исчезли. Прокуратура мое заявление о совершенном полицией безопасности преступлении рассматривать не стала. Тоже оказалась вовлеченной в сокрытие преступлений нацистов. Что это, подготовка населения к новым этническим чисткам в рамках построения «Латвии для латышей»?».

Угроза окончательной украинизации Прибалтики настолько остра, что «обычный» агрессивный национализм воспринимается уже, как норма. Вот что, например, пишет Андрей Шведов: «Буквально на днях без лишней огласки латышские чиновники поделили между латышскими журналистами полмиллиона евро. Одним из условий в процессе освоения денег был запрет на участие в конкурсе СМИ, которые информируют своих читателей на русском, украинском, польском и других языках. 490 тысяч евро поделили только между латышскими медиа. Свободные и объективные латышские журналисты молча сожрали пряник — за лояльность режиму полагается доппаек. А не кажется ли вам, что здесь попахивает откровенной дискриминацией по национальному признаку?»

Когда попахивает — разбираться надо. Где воняет? Чем воняет? Кто навонял? А тут всего разборов — риторический вопрос. Потому как эта вонь — норма, чтоб она сдохла.

Вот, например, K-Rauta проводит конкурс «Сообразительный эстонец» с призом в 1000 евро. «А не кажется ли вам, что здесь попахивает откровенной дискриминацией по национальному признаку?» И — никаких протестов.

Криптофашизмом стали называть фашизм неявный, закамуфлированный. Вот и свежеизбранный лидер IRL Хелир-Валдор Сеэдер утверждает, что национализм в исполнении его партии не является агрессивным национализмом или моноэтничностью. И напоминает, что в Эстонии живут не только эстонцы: «Сколько бы эти две общины между собой не общались, всё равно фундаментальной основой любой интеграции является единое знание языка. Так позовём же их в дом и научим языку».

А я не собака, Сеэдер, чтобы меня в дом звать. И язык я знаю с детства. Только вот разговаривать тебе со мной не о чем. И, кстати, термин «криптофашизм» тоже не поддерживаю, потому что «криптофашист» — это тот же «агент Кремля», только наоборот. Фашистов надо уметь диагностировать, а не прятаться за словами, эту диагностику исключающими.

Еще одна проблема с диагностикой (и результатами диагностики, что важнее) — это диагностика перевёртышей. Тут потребуется одно лирическое отступление.

Когда мне по телевизору говорят о «самом важном», то я знаю, что сейчас речь пойдёт либо о грибке ногтей, либо о прочности волос, либо о здоровом питании, либо об очередном «опозорилась» очередной «звезды». Сопровождается это вопросом — «А что может быть важнее?!». Действительно, не угробленные же страны, нацизм, жертвы Донбасса или то же преследование правозащитников в Прибалтике… А тут телевизор пошёл ещё дальше и показал мне уже целую революцию по теме «самого важного». «Продуктовую революцию», которую возглавил популярный телеповар Джейми Оливер. Он попытался изменить содержание школьных обедов в Лос-Анжелесе (убедительно), был отринут местной системой образования, и в кадре нам показывают, как с помощью нехитрых бюрократических приёмчиков его «кидают» местные администраторы. И закрывают ему вообще вход в школы. И ты сопереживаешь ему, ты понимаешь, что Джейми Оливер — реформатор и жертва, и ты уже не удивляешься тому, что он стоит во главе всемирной «продуктовой революции», а зал Сиднейского оперного театра под завязку забит продуктовыми революционерками среднего возраста с поварёшками в руках. Потому что на кону — здоровое питание их детей. А что может быть важнее?

Быть может, образование? Но где тогда сериал о Русской Школе Эстонии, о Штабе защиты русских школ в Латвии? Вот Игорь Калакаускас пишет:

«Отсутствие у русской общины ярко выраженного мнения о судьбе русской школы только усиливает политическую возню и автоматически отстраняет от дискуссии представителей целевых групп. Если сбросить со счетов «Русскую школу Эстонии», от сотрудничества с которой уклоняются практически все школы, мы увидим абсолютно безжизненное пространство. Директора и учителя русских школ предпочитают не высовываться. Ученики давно поняли, что отстаивать свои права перед администрацией и учителями — затея почти бессмысленная, это касается и качества обучения, и обоснованности учебной нагрузки. Что касается родителей, то они всё чаще отказываются от сохраняемого права обучаться на родном языке и определяют отпрысков в школу с эстонским языком обучения — так в итоге обходится дешевле».

И предлагает свой рецепт успеха: «Интеграция в моем представлении начнется, когда местные русские поймут наконец, что своими проблемами они должны заинтересовать местную власть. Они должны быть более активными и не ждать, что о них кто-то вспомнит. Политикам интересно говорить только с теми, кто настойчив и понятен, кто четко обозначает свои ожидания». Серьёзно? Русская Школа Эстонии, и я вместе с ней, настойчиво, понятно и чётко «обозначала свои ожидания», в том числе неоднократно — в суде. Какую реакцию это возымело, обозначил Сеэдер — «Так позовём же их в дом и научим языку».

Сколько стоит нанять Джейми Оливера? Дорого, наверно…

Напоследок даю обещанную ссылку на свою работу «Рационализация исламофобии». В России, несмотря на имевшиеся договорённости и заранее сглаженные острые углы, её опубликовать не удалось. Удалось в Латвии. Её тут же довели до лидеров российского ислама, которых я посчитал нужным представить анонимными, и обратной связью до меня дошла такая вот рецензия одного из них: «Интересные мысли, скажу точнее — своевременные вопросы диалектики, перспективы концепции светского государства». Получилось несколько туманно, но тут — как по минному полю…

#FREEPISKORSKI, Артем Скрипник, Владимир Поляков, Александр Краснопёров, Константин Никулин

Загрузка...