tallinn
Литва
Эстония
Латвия

Авторы

Книга «Справочник эстонца. 100 дел, которые делает настоящий эстонец»
© BN

Мнение: про иронию в «Справочнике настоящего эстонца»

Честно говоря, удивительно, что столько русских жителей Эстонии стало защищать книгу «Справочник настоящего эстонца» Михкеля Рауда. Причем далеко не все они приспособленцы или люди, мягко говоря, недалекие.

Я, как и писатель Филимонов, «Справочник настоящего эстонца», естественно, не читал. Но, в отличие от писателя Филимонова, поэтессы Скульской и остальных представителей русской творческой интеллигенции страны, воспитывался в несколько менее «тепличных» условиях. Поэтому я не могу понять, какая может быть ирония в термине, простите, «шнырь». Это прямое оскорбление, за которое любой приличный мужчина в кабаке переходит, скажем так, на «физический уровень воздействия на оппонента». 

Или, писатель Филимонов, когда к вам обращаются во время «посиделок» как-то вот так: «Слышь, шнырь, метнулся быстренько пивка нам принеси».

Вы в этом что-то ироничное усматриваете? Что-то мне кажется, что вряд ли.

Кстати, довольно иронично другое — все, включая тех, кто «включил» режим «русских людей обижают» зациклились на термине «тибла», уже являющимся неотъемлемой частью русско-эстонских отношений. Как по мне, «Тиблы против куратов» действительно воспринимаются значительной частью эстоноземельцев без внутреннего напряжения. Вот только насчет остальных термитов такого не скажешь.

Ладно, допустим, автор смеется над эстонцами. Вполне возможно, почему бы эстонцу не посмеяться над эстонцами? Тогда эту весьма «самоироничную» книжку следует оценивать как «высменивание пороков и комплексов общества»? Я правильно понимаю? И какие же получается у эстонского общества пороки и комплексы в отношении русских?

Едва ли не все эпитеты выдержаны в одном ключе — это обращение человека, стоящего на более высокой степени социальной иерархии к человеку, стоящему на более низкой степени социальной иерархии. Обращения пренебрежительные — деревня, петька, ваня, маруся и т.д. Или откровенно оскорбительные — урод, шнырь. Во всем списке я заметил только два термина, претендующих на какую-никакую, но иронию — päästja (освободитель) и tavaaris (в переводе не нуждается). Да, тут можно уловить некоторый «подкол». Но в остальном же, ну где тут ирония? Если ты уродом человека назвал, что в этом ироничного?

Таким образом, если что Михкель Рауд и высмеивает, так это попытку некоторой части «настоящих эстонцев» самоутвердиться за счет тибл и уродов. Сделать этих ванек деревенских шнырями. А ведь это, знаете ли несколько хуже, чем пропаганда нетерпимости. Сатира ведь не возникает на пустом месте, она должна быть общественно значимой, типажи узнаваемыми, а значит такие эстонцы есть и в достаточном количестве есть. Да, возможно, в большинстве своем они только мечтают о статусе «паханов, которых обслуживают русские шныри», а на людях ведут себя тише воды, ниже травы, но что-то я сильно не уверен, что так будет всегда.

И, знаете ли, господа ценители подобной иронии. Если вам нравится статус «шнырей», то вольному-воля. У нас, у людей попроще, такое как-то пока все еще не принято.

Также по теме:

Дмитрий Линтер: вооруженные силы Эстонии становятся противниками гражданских свобод русских

Дмитрий Сухорослов: эстонская политэлита пропитана этническим чванством и презрением к русским

Максим Рева: эстонское общество сваливается в обыкновенное бескультурье

Виталий Гайчонок: русские жители нынешнему эстонскому государству не нужны

Справочник «настоящего эстонца» учит общению с русскими «тиблами» 

Загрузка...