tallinn
Литва
Эстония
Латвия

Новости

Сергей Арбузов
© BN

Сергей Арбузов: «Украина могла бы полагаться только на свои силы»

Украина стала первой страной на постсоветском пространстве, которая остановила процесс евроинтеграции.

В эксклюзивном интервью корреспонденту BaltNews.ee, Сергей Арбузов, экс-глава Национального банка Украины, бывший вице-премьер правительства Украины, который активно участвовал в переговорах с ЕС, рассказал, почему движение в Европу было остановлено, на какие вопросы не ответили представители Евросоюза и что могло бы быть с Украиной, если бы страна продолжила движение на запад. 

- Известен сам факт переговоров постепенной евроинтеграции Украины. От кого исходила инициатива? Кого можно назвать идеологом украинской евроинтеграции? 

— Идеологом украинской евроинтеграции был не какой-то отдельный чиновник или политик. В украинском обществе были разногласия по поводу членства в НАТО, по поводу более тесного союза с Россией и другими постсовесткими странами. Однако, что касается интеграции в ЕС, то  часть украинцев всегда однозначно выступали «за». Идея «возвращения в Европу», может во многом и наивная, в последние годы доминировала в украинском обществе. Очевидно, что и президент Украины, и правительство не могло игнорировать волю народа. При этом большая часть правительства, и я в том числе, также разделяли мнение о необходимости интеграции Украины в ЕС.

Тем более что мы понимали необходимость трехсторонних переговоров РФ, ЕС, Украина. Будущее Украины мы однозначно видели в единой, в широком смысле Европе, даже понимая все те сложности, с которыми Украине придется столкнуться на этом пути.

- Что предлагал ЕС властям Украины? 

— Все то, что предлагал ЕС, есть подписанном в 2014 году документе. Это тот же текст, который предлагался к подписанию нам в 2013 году. Если охарактеризовать его кратко, то, фактически, речь там идет об односторонней, частичной интеграции Украины в Евросоюз. Нам предлагали механизмы интеграции экономики Украины в экономику Евросоюза, одновременно отказывая в четкой перспективе политической интеграции. Т.е. Украина стала бы частью европейского рынка на европейских условиях, но не была бы частью Европы в более широком понимании этого слова. Являлись ли эти условия справедливыми? Я убежден, что нет. С другой стороны, я понимаю, что эти условия были объективными. Европа была нужна Украине куда больше, чем Украина Европе. Поэтому Брюссель формировал условия, а мы могли лишь соглашаться на них или нет.

Я много раз пытался донести до европейских партнеров ошибочность такого подхода, показать перспективы Украины как части Европы для стабильности и долгосрочных перспектив континента. Многие страны, в частности Польша, страны Балтии разделяли эту позицию. Однако, в результате в ЕС победил другой подход, — там спрашивали лишь, что Украина может предложить «здесь и сейчас». Именно такой жесткий подход и стал причиной того, что Украина и ЕС не смогли тогда договориться. На самом деле камнем преткновения было нежелания трехсторонних переговоров. ЕС постоянно сносила этот вопрос в конец. А потом просто 'не успели' провести переговоры. Никому не хотелось входить в положение Украины, торговая и энергетическая зависимость которой от России просто очевидна. Энергетическая — здесь все понятно. Торговая, потому что технологически две страны подогнаны друг под друга еще со времен СССР.

- От чего Украине пришлось бы обязательно и безоговорочно отказаться по настоянию ЕС? 

Самая важная потеря, которую мы не могли допустить, – это потеря значительной части промышленности. Вступление в силу положений Договора об Ассоциации привело бы к тому, что Украине пришлось бы потратить десятки миллиардов евро для модернизации и перестройки экономики для конкурентного товарооборота со странами ЕС. При этом мы автоматически потеряли бы и часть внешнего рынка – в странах Евразийского союза, и часть внутреннего. Но таких денег у Украины не было. А это значит, что многие предприятия и целые отрасли, преимущественно на востоке Украины, пришлось бы закрывать, увольняя сотни тысяч людей. На это пойти мы не могли. 

- Во время переговоров учитывался опыт других «новичков» ЕС? Изучались ли последствия вступления в ЕС для бывших республик СССР – Литвы, Латвии, Эстонии? 

— Естественно, мы внимательно изучили опыт других постсоветских стран. И именно понимание тех трудностей, через которые эти страны прошли и с которыми нам еще только предстояло столкнуться, и вынуждало нас подходить к вопросу евроинтеграции столь прагматично. Интеграция в ЕС привела к полному переформатированию экономики этих государств. И они прошли через довольно трудный период. При этом постсоветские страны могли положиться на поддержку других государств Европы. И именно эта поддержка и помогла им максимально быстро перестроить экономику. Украина же должна была рассчитывать только на свои силы. В этом была большая разница, которую мы прекрасно понимали, но которую не хотели понимать наши партнеры в ЕС. 

- В декабре 2013 года в Вильнюсе не был подписан документ о евроинтеграции Украины. Что помещало подписанию?

— Именно отсутствие четких ответов от наших партнеров – каким образом Европа поможет Украине решать те экономические проблемы, с которыми мы неминуемо столкнемся в случае подписания документа. При этом я хочу, чтобы ваши читатели понимали, Украина не просила дать нам денег. ЕС мог задействовать множество других механизмов, которые помогли бы облегчить нашей стране переходный период. Это и увеличение квот на экспорт украинской продукции в страны ЕС, и помощь в переговорах с Россией, это инвестиции, и даже просто четко озвученные перспективы членства Украины в ЕС, что могло бы привлечь инвесторов. Однако, к моему большому сожалению, Европа была не готова говорить об этом до подписания Ассоциации. Мы же, со своей стороны, считали, что говорить об этом после подписания будет поздно. 

— На какие важные вопросы представители ЕС так и не ответили в ходе переговоров до встречи в Вильнюсе и, возможно, в ходе переговоров накануне предполагавшегося подписания? 


— Готова ли Европа реально помочь Украине решать проблемы, которые неминуемо возникнут? Готова ли Европа взять на себя какие-то либо обязательства по отношению к Украине? На эти вопросы мы не услышали четкого ответа. 

— Если бы Украина согласилась на евроинтеграцию, что страна приобрела бы и что – потеряла? 


— На этот вопрос легко ответить, поскольку Украина подписала Договор в 2014 году и его реальный эффект уже можно увидеть в цифрах статистики. Если рассматривать положительный эффект – то он практически нулевой. Экспорт Украины в страны ЕС вырос за год лишь на 1,5%. При этом отношения с ЕС не улучшились, а даже ухудшились. В частности, безвизовый режим для Украины, который в конце 2013 года был перспективой месяцев, ныне вообще отложен в долгий ящик. 

Что же касается отрицательных последствий, то о них трудно говорить из-за конфликта на востоке Украины. Сложно сказать, какая часть экономики страны уничтожена из-за войны, а какая из-за подписания Ассоциации с ЕС. Экспорт Украины в страны Евразийского союза упал боле чем на 30% и, очевидно, что на это повлияло много факторов.

В целом, мне кажется, не будет большой ошибкой сказать, что евроинтеграция ничего не дала Украине, лишь добавив проблем. С другой стороны, то же самое может сказать и Европа. 

- Если бы в декабре 2013 года документ о евроинтеграции был бы подписан, к чему бы пришла Украина сейчас, через год?

— Примерно к тому же, что и сейчас. Без сомнения, падение производства привело бы к падению доходов населения и росту недовольства. Социальное напряжение на фоне падения экономики привело бы к политическому кризису, который, в свою очередь, усугубил бы кризис экономический. Понимая эти перспективы, наше правительство и предпочло не подписывать документ в Вильнюсе, а отложить подписание и еще раз обдумать ситуацию. Однако, тогда, в 2013, нас не хотели слышать ни европейские партнеры, ни оппозиция. То, что в результате получилось,  полностью на их совести.

Справка

Сергей Арбузов – глава Национального банка Украины (2010-2012), первый вице-премьер правительства Украины (2012-2014), и.о. премьер-министра Украины (январь – март 2014). С июня 2014 года возглавляет ассоциацию «Центр исследований экономического и социокультурного развития стран СНГ, Центральной и Восточной Европы» (Санкт-Петербург) — http://rescue.org.ru/.

Загрузка...