tallinn
Литва
Эстония
Латвия

Новости

Брифинг Н. Савченко в Киеве
© Стрингер/РИА Новости

Савченко обвинила генпрокурора Украины в покрывательстве убийц на Майдане

Надежда Савченко заявила о том, что у протестующих на «Евромайдане» было оружие, которое применялось с ведома организаторов акции протеста. По её словам, нынешний генпрокурор Украины Луценко занял свою должность для того, чтобы скрыть эти преступления.

К расстрелу участников «Евромайдана» и правоохранителей в Киеве, имевшему место в феврале 2014 года, причастны нынешние председатель Верховной Рады Украины Андрей Парубий и генпрокурор Юрий Луценко. Об этом на брифинге для журналистов заявила в четверг депутат украинского парламента, Герой Украины Надежда Савченко.

Она сообщила о том, что лично видела на Майдане у протестующих оружие, которое, по её словам, применялось с ведома организаторов протеста.

«Я видела, как приехал синий микроавтобус и оттуда вышли люди с оружием. Эти люди сейчас находятся в парламенте. Я видела как Парубий заводил снайперов в гостиницу «Украина». Луценко стал генпрокурором для того, чтобы скрыть эти преступления», — приводит слова Савченко интернет-издание Страна.ua.

Между тем, во второй половине дня в четверг стало известно об обращении Юрия Луценко в Верховную раду с просьбой лишить Надежду Савченко депутатской неприкосновенности для того, чтобы привлечь её к уголовной ответственности, задержать и арестовать. Как сообщает РИА Новости, в начале недели Служба безопасности Украины вызвала Савченко на допрос по делу руководителя Центра освобождения пленных «Офицерский корпус» Владимира Рубана, которого подозревают в планировании террористических атак в Киеве. Как заявил Луценко, у следствия есть «неопровержимые доказательства» причастности Савченко к подготовке теракта в Раде. По его словам, депутат планировала «уничтожить две ложи — правительственную и должностную, минометами обрушить купол Верховной рады и автоматами добивать тех, кто выживет».

После этих обвинений Рада исключила Савченко из комитета по вопросам национальной безопасности и обороны. В ответ на обвинения в подготовке теракта политик заявила, что на Украине «только ленивый не думал взорвать администрацию президента или парламент».

«Украинцы, задайтесь вопросом, кто хотя бы раз не думал снести эту власть, как призывали на всех майданах. Кто не думал взорвать Банковую (улица в Киеве, где находится администрация президента. — Прим. ред.) или Верховную раду? Мы что, живем в 37-м году, в сталинских временах, когда это является преступлением? Об этом нельзя говорить на улице? У нас об этом не говорит только ленивый, у нас об этом говорят все», — отметила Савченко.

Напомним, что о причастности лидеров тогдашней украинской оппозиции к расстрелу людей на Майдане в 2014 году ранее заявлял известный эстонский политик, экс-министр иностранных дел Эстонии Урмас Паэт. В марте 2014 года в Интернете появилась запись телефонного разговора Паэта с тогдашним Верховным представителем Евросоюза по иностранным делам Кэтрин Эштон.

«Очень тревожит, что новая коалиция не хочет расследовать эти события. Стремительно растет понимание того, что за этими снайперами стоял не Янукович, а за ними стоял кто-то из новой коалиции», — заявил в беседе Паэт. Он посетовал, что опасается обнародования этой информации, поскольку если, вдруг, история начнет жить своей жизнью, то дискредитация новой коалиции станет неизбежной.

Ниже приводим полную расшифровку беседы Паэта с Эштон.

Эштон: Здравствуйте. Как у Вас дела?

Паэт: У меня все хорошо. Как у Вас?

Эштон: Все в порядке. Я хотела поговорить с Вами и узнать Ваши впечатления.

Паэт: Я вернулся только вчера вечером, так что я был там всего один день.

Эштон: Ваши впечатления?

Паэт: Впечатления грустные. Я встречался с представителями "Партии регионов", также с представителями новой коалиции и представителем гражданского общества. Ее зовут Ольга. Вы должны знать ее.

Эштон: Да, Ольга. Я ее знаю.

Паэт: Мои впечатления действительно печальные. Отсутствует доверие, в том числе доверие к тем политикам, которые вошли в состав коалиции или вышли из нее. Представители Майдана и гражданского общества говорят: "Никто из них не должен войти в состав нового правительства, у всех у них грязное прошлое". Той же самой Ольге и другим представителям гражданского общества поступали предложения войти в состав нового правительства, но Ольга, например, сказала, что она готова войти в состав правительства только вместе со своей командой, с зарубежными экспертами для того, чтобы начать реальную реформу здравоохранения. Так что уровень доверия фактически нулевой. И это все на фоне проблем, связанных с обеспечением безопасности, территориальной целостностью, Крымом и так далее. "Партия регионов" пребывает в абсолютно подавленном состоянии. Они сказали, что принимают тот факт, что будет новое правительство, состоятся досрочные выборы. Имеет место очень сильное давление на депутатов парламента. Ночью к членам партии приходят "незваные гости", журналисты видели, как днем прямо у здания парламента люди с оружием избивали депутата. Все это происходит на самом деле. Ольга и члены гражданского сообщества абсолютно уверены, что люди не покинут улицы до тех пор, пока не увидят, что начались реальные реформы. Не достаточно просто сменить правительство. Таковы основные впечатления, и у Евросоюза, и у Эстонии в частности. Мы должны быть готовы к участию, наряду с другими, в финансовом пакете.

Эштон: Да.

Паэт: Необходимо подать им абсолютно ясный сигнал о том, что замены правительства будет недостаточно, необходимы реальные реформы и действия, направленные на повышение уровня доверия. В противном случае все закончится плачевно. Представители "Партии регионов" также сказали мне следующее: "Вот увидите, если люди на востоке страны действительно очнутся, то они начнут требовать соблюдения своих прав. Некоторые в Донецке уже говорят: "Мы не можем больше ждать, когда закончится украинская оккупация в Донецке. Это русский город, мы хотим, чтобы Россия вмешалась". И так далее. Такие вот впечатления, вкратце.

Эштон: Все это очень и очень интересно. У нас сейчас проходит встреча со всеми еврокомиссарами. Мы обсуждаем, что можно сделать. Это — финансовые пакеты кратко-, средне- и долгосрочные. Где взять деньги, какие предложить инвестиционные пакеты, бизнес-лидеров и так далее. С политической точки зрения: какими ресурсами мы располагаем для помощи гражданскому обществу, и какие меры нужно предпринять. Я сказала представителям гражданского общества, Яценюку, Кличко и все тем, с кем я встречалась вчера: "Мы можем предоставить вам людей, которые знают, как проводить политические и экономические реформы. Близкие к Украине страны могут помочь проведению масштабных внутренних реформ. В этих вопросах мы имеем громадный опыт, которым можем поделиться. Я сказала людям на Майдане: "Да, вы хотите реальных реформ. Если вы хотите сделать их короче и быстрее, надо запустить процесс. Необходимо бороться с коррупцией, это трудно. Нужно будет подобрать людей, которые будут работать до выборов". Я говорила с Ольгой о том, что она может стать министром здравоохранения. Такие люди нужны в этой ситуации. Но я также сказала им: "Если вы будете только строить баррикады, блокируя здания, то мы не сможем обеспечить поступление денег, так как нам нужны партнеры".

Паэт: Абсолютно верно.

Эштон: Я сказала лидерам оппозиции, которые станут членами правительства: "Вы можете выходить на Майдан, вы даже должны общаться с Майданом, но вы должны сделать так, чтобы все люди чувствовали свою защищенность. Я сказала представителям "Партии регионов": "Вы должны возлагать цветы на местах гибели людей, вы должны показать, что понимаете, что здесь случилось. Сейчас вы испытываете гнев, но люди, которые пострадали, в том числе от коррупции, испытывают сходные чувства". Многие скорбят по погибшим. И вообще, в городе слишком много горя и переживаний. Необходимо нормализовать обстановку. Ваши наблюдения также очень интересны.

Паэт: Все это так. Единственный человек, о котором представители гражданского общества отзывались позитивно, — это Порошенко.

Эштон: Да. Да.

Паэт: Он пользуется определенным доверием у людей на Майдане и у гражданского общества. Еще Ольга сказала, что, согласно всем имеющимся уликам, люди, которые были убиты снайперами, с обеих сторон, среди полицейских и людей с улицы, это были одни и те же снайперы, убивающие людей с обеих сторон.

Эштон: Да.

Паэт: Она показала мне фотографии, ссылалась на мнение врачей, которые говорят об одном и том же почерке, типе пуль. И все большую настороженность людей вызывает то, что новая коалиция не желает расследовать точные обстоятельства случившегося. Стремительно растет понимание того, что за этими снайперами стоял не Янукович, а за ними стоял кто-то из новой коалиции.

Эштон: Я слышала, что они хотят провести расследование. Это интересно. Продолжайте.

Паэт: Это крайне раздражающий фактор. Это дискредитирует новую коалицию с самого начала.

Эштон: Им надо быть очень осторожными. Люди требуют серьезных изменений. Но нужно, чтобы механизм функционировал. Им (новой коалиции) надо одновременно быть активистами, врачами и политиками. Это очень сложно. Им нужно продержаться хотя бы несколько недель, потом будут выборы. Я планирую возвратиться в начале следующей недели. Может быть, в понедельник.

Паэт: Это очень важно, чтобы люди из Европы, и вообще Запада, продемонстрировали свои намерения.

Эштон: Большая группа пребывает в пятницу. Уильям Хейг — на днях, а я — в понедельник.

Паэт: Я слышал, что министр иностранных дел Канады прибывает в пятницу, и уже побывал Уильям Бернс.

Эштон: Я знаю. Спасибо Вам, мой друг.

Паэт: Спасибо и Вам. Всего наилучшего. Успешной поездки в Австралию.

Эштон: Что? Австралия? Нет. Я вынуждена отложить поездку, поскольку должна заниматься Украиной.

Паэт: Хорошо. До свидания.

Эштон: До свидания.

Загрузка...