tallinn
Литва
Эстония
Латвия

Сюжеты

Россиянка рассказала: «как мы в Эстонии раненую машину лечили»

Удар, обе машины разнесло по сторонам дороги. ДТП произошло в пригороде столицы Эстонии Таллина. В одном из автомобилей находилась россиянка Светлана Гаврилина.

Корреспондент «Независимой газеты» Светлана Гаврилина, приехавшая из Санкт-Петербурга на автомобиле в гости к друзьям в Эстонию, попала в ДТП: «на двухполоске, где почти не было машин, во время поворота налево откуда-то внезапно взялась Toyota, пошедшая на обгон по встречке за островком безопасности». О том, что было дальше, журналистка рассказала на страницах НГ в материале «Как мы в Эстонии раненую машину лечили»:

— Удар, обе машины разнесло по сторонам дороги, траектория обгоняльщика четко отпечаталась на свежевыпавшем снежке. Мы выставили аварийный треугольник, и до самого приезда полиции картина ДТП была не смазана шинами других машин. Но все — конец ближайшим планам, наша машинка дальше никуда не может ехать сама.

Только что собирались провести приятный вечер у друзей, десять минут назад созванивались и они сказали, что готов ужин. Завтра планировался 700-километровый путь совсем в другую страну, с багажником, заполненным на все случаи жизни, с различными дарами для друзей и близких… А тут стой на темной дороге, жди полицию и радуйся лишь тому, что дом друзей буквально в 300 метрах, туда можно перенести вещи, там можно согреться и решить, что делать дальше. Вот у нас это случилось. В Эстонии, в респектабельном столичном пригороде. Причем не русскоязычном по преимуществу. Полицейские ответили по телефону тоже на сложном русском и несколько раз переспросили название поселка и улицы (подозреваю, что мы произносили непривычные слова тоже очень своеобразно).

Правда, «виновник торжества» оказался вполне русскоязычным, но от этого было не легче. «А чё я, все так ездят», — сказал он, после этого пытался пенять нам, что мы «слишком медленно поворачивали». Полицейским же потом он объяснял, что «снегом занесло знак» и вообще была очень плохая погода. Что-то слышалось родное в его дальнейших действиях: причем не просто родное, но еще ностальгическое из 90-х. Он куда-то долго звонил, приехала еще одна машина, трое человек из нее пересели в Toyota. Стало немного не по себе и пришлось звонить в полицию второй раз — темная дорога, происходит что-то странное, мы опасаемся…

Полиция не ехала очень долго — вечер пятницы, пригород. Все, как у нас, загрустила я, вот только сами мы не дома. Страховка и прочие документы у нас в порядке, но мы иностранцы. И машина не может никуда ехать. И денег на ее эвакуацию у нас нет. И между нами и нашей страховой — граница. Пришел друг из своего коттеджа и стало немного легче. Он схватился за голову, увидев следы на дороге и поняв, что случилось: «Не беспокойтесь, вашей вины нет совсем». Друг тоже русскоязычный, но прекрасно знает эстонский. Он и вдохновил нас на все дальнейшее.

А затем и с полицией оказалось все легко. Вина второго участника ДТП была наглядна и молодая эстонка-полицейский сказала ему: «Вы не должны были там обгонять ни при каких обстоятельствах. Не признаете себя виновным? Хорошо, будет разбираться следователь, будет суд, вы этого хотите?» Он не захотел, и скоро в наших руках была копия протокола. Все написано по-эстонски. Но прочесть название страховой компании виновника, его фамилию и имя, а также номер ID-карты (пластиковый прямоугольничек, заменяющий в Эстонии все возможные документы, которые могут спокойно храниться дома) не составило труда. Мы сразу же позвонили в эту страховую. Нас спросили, собираемся ли мы перевозить машину в Россию (из полицейской машины данные поступили мгновенно). Нет, ответили мы и вызвали эвакуатор. Через полчаса нашу раненую машинку забрали в сервисный центр на ремонт, сказав, что заявление и фото документов мы можем прислать по электронной почте.

На следующий день мы уехали на рейсовом автобусе в Литву, а оттуда в Петербург. Параллельно нам поступали сообщения —заказаны нужные запчасти, в ремонт пришли нужные данные от страховой (не сразу, потому что были выходные, да и головной офис этой страховой находится не в Эстонии, а тоже в другой стране). Затем пришло гарантийное письмо от страховой — ремонт оценили в 1800 евро. Оставалось ждать.

Перед самым западным Рождеством пришел сигнал — в четверг машина будет готова! В который раз я возблагодарила судьбу за то, что живу в прекрасном городе, от которого ходят автобусы во все балтийские столицы. Правда, в четверг пришлось перенервничать: мастер сообщил, что все сделали, но машина не заводится. Я стояла на предпраздничной Ратушной площади, а в душе была тоска неизвестности — сейчас все будут праздновать, до вторника будут выходные, а я без машины и без праздника… Но оказалось, что просто перегорело что-то вроде реле и теперь все в порядке.

Мы приехали в автоцентр. Я давно забыла, что такое вообще ремонтироваться у официальных дилеров, это не для моего кошелька, мой скромный автомобиль лечится в местах попроще. Если бы просто царапина-вмятина — и внимания бы не обратила, уехал бы себе виновник с миром. Мне дважды доводилось летать в кюветы на Псковщине, вытаскивать из грязи свое авто с помощью бревна и такой-то матери, когда по весне развезло сельскую дорогу в Новгородской… Заклеенная трещина на задней фаре, мелкие раны. Я регулярно прохожу техобслуживание, меняю то, чему пришла пора, но царапины лечу скопом раз в несколько лет, все равно на российских дорогах их не избежать. Главное, чтобы машина ездила и была безопасна. Ей не на конкурс красоты. Так я и объяснила мастеру.

Он сначала немного опасался и вот почему. У наших соотечественников бывают крайности. Одни панически боятся решать вопрос с ремонтом на месте (чужая страна, языковой барьер, в общем, ужас) и тащат битую машину через границу. С этим куча проблем, пограничники могут не пускать из-за какой-нибудь мелкой бумажки, затем начинаются хождения по офисам, переписка между двумя странами, часто до полугода и с материальными потерями. Другие решаются ремонтироваться в стране НАТО, но стараются вбить в ремонт по страховке замену всего на свете, что требовало ремонта давно, а тут такой случай. И возникают конфликты — наметанный глаз специалиста видит, что результат случившейся аварии, а что — нет. Мы четко перечислили все видимые повреждения, предположили скрытые (которые действительно обнаружились) и особо подчеркнули, что треснутая задняя фара не имеет отношения к данному ДТП. Но мастер (кстати, тоже русскоязычный) все равно сперва опасался — россияне же, мало ли.

На обратном пути в Питер я думала о том, что за все две недели мы сначала общались лично только с полицейскими и эвакуаторщиком, а потом один раз в офисе с представителем сервиса перед тем, как забрать машину уже со стоянки. Все остальное было решено электронными письмами и парой телефонных звонков. Я вспомнила свои три предыдущих ДТП дома (те, где была вынуждена вызывать ГИБДД) и последующие ремонты по страховке. Разборы в ГИБДД, поездки в страховую компанию, ожидание приезда страховщиков и так далее. Куча потраченного времени и бумаги. Хоть в Питере я не иностранка.

Конечно, в каждой стране свои обычаи. Эстония знаменита прогрессом в области электронного документооборота и где-то подобная история была бы другой. Но, во всяком случае, я хорошо поняла несколько вещей. Находясь в чужой стране, не нужно расслабляться, даже если в ней в основном высокая культура вождения — всегда может найтись далекий от этой культуры человек (причем далеко не обязательно русскоязычный – видела я разных). Но в таких ситуациях всегда лучше быть правым, и будет счастье. И не надо кивать на «местные еще как нарушают» — их оштрафуют, а вас за нарушение могут еще и визы лишить, как бывало с некоторыми моими знакомыми. Но это, как говорится, уже совсем другая история.

Загрузка...

Сюжеты