tallinn
Литва
Эстония
Латвия

Политика

Рафик Григорян: если у эстонских властей есть претензии к Sputnik, то пусть подают в суд

В правовом государстве обычно виновность в чем-либо определяет суд и действует презумпция невиновности, заявил Рафик Григорян. По его словам, ни глава правительства, ни лидер партии, ни правление организации не имеют права запугивать того или иного члена партии, запрещать ему мыслить и рассуждать так, как тому пожелается.

Правление Центристской партии Эстонии провело 10 мая заседание, на котором члену правления Ольге Ивановой в жесткой форме было рекомендовано воздержаться от интервью агентству Sputnik Эстония. Известно, что лидер «центристов» Юри Ратас ранее заявлял, что Sputnik — это инструмент «враждебной пропаганды». 

Кроме того, Ратас подверг критике мнение члена центристской фракции эстонского парламента Оудекки Лооне, в котором она призвала помнить о том, что 9 мая для русских — важная дата. Ратас, в свою очередь, считает, что для Эстонии это вовсе не праздник, поскольку «9 мая 1945 года означало продолжение оккупации в еще более тяжелой форме». Такое своё понимание политик озвучил в минувший четверг на пресс-конференции эстонского правительства.

Разразившийся в рядах «центристов» скандал прокомментировал в Фейсбуке известный в Эстонии общественный деятель, председатель Палаты представителей эстонских нацменьшинств Рафик Григорян. По его мнению, политическая партия — это не рота солдат, где все должны дружно шагать в ногу и петь одну песню по команде командира.

Р.Григорян:

— Если все это соответствует действительности, а не очередные подтасовки журналистов, то приходиться сожалеть. В демократическом обществе, где господствуют нормы и правила правового государства, не могут быть «дозволенные» и «недозволенные», «открытые» и «закрытые» СМИ, с которыми свободные граждане не должны общаться.

Мне не раз приходилось давать интервью или какую-нибудь экспертную оценку порталу Sputnik. Должен согласиться с мнением Родиона Денисова в том, что в правовом государстве обычно виновность в чем-либо определяет суд и действует презумпция невиновности. Ни глава правительства, ни лидер партии, ни правление организации не имеют права запугивать того или иного члена партии, запрещать ему мыслить и рассуждать так, как тому пожелается. Есть право на свободу убеждений у каждого человека и никакие установки сверху не могут их изменить.

Партия — это не рота солдат, где все должны дружно шагать в ногу и петь одну песню по команде командира. Мы из тоталитарного прошлого ушли не для того, чтобы туда вернуться вновь 25 лет спустя. Оценка Европарламентом некоторых российских СМИ не могут иметь силу судебной инстанции и не обязательны к исполнению. Времена приказов Политбюро, как мне казалось, уже давно канули в Лету, а «решения очередного пленума ЦК КПСС — в жизнь!» больше не надо выполнять с комсомольским задором, вылезая из кожи вон, чтобы понравиться вышестоящему начальству.

Свобода предполагает право индивида беспрепятственно формировать свои убеждения и мнения, свободно выражать и придерживаться их в устной и письменной форме, включая право на свободный выбор языка общения. Принуждение к отказу от выражения своих мнений и убеждений есть проявление самодурства. Если у правительства имеются какие-то претензии к порталу Sputnik по проблеме нарушения законов, то пусть оно подаст в суд, который и определит степень вины и укажет меру наказания. Если же оно не делает этого, следовательно, нет и причин для запрета.

Что же касается заявления Ю.Ратаса «об оккупации», то оно не выходит за рамки общепринятого правыми партиями оценки истории и пусть останется на его совести, ибо каждый имеет право на свое мнение. Спорить и дискутировать по данному поводу бессмысленно. Однако должен заметить, что какой-либо обязательной и общепринятой установки на этот счет у центристов нет и это личное мнение премьер-министра.

Когда Тартуский университет приглашал меня на работу, то я даже не знал, что еду в оккупированную зону, поскольку по сравнению с остальной частью СССР, здесь все выглядело гораздо демократичнее. Да и уровень жизни был выше, так как Кремль хотел сделать из Прибалтики «витрину социализма». Когда в 1987-1988 году мы с профессорами Рэмом Блюмом, Михаилом Бронштейном, Ваней Волковым выступали против диктата Политбюро и критиковали те или иные его постановления, то некоторые наши эстонские коллеги, упрекая нас — неэстонцев, заявляли: «Мы народ законопослушный и решения Политбюро должны выполнять!»

Так что нельзя перед отцом духовным исповедаться в одних грехах, а перед другим священником – в других. Такая исповедь считается недействительным. Достаточно посмотреть, кто руководил Эстонией с 1945 по 1991 годы и сразу станет ясно, что проблема второй «оккупации» выдвинута из меркантильных политических целей.

Трудно построить будущее без знаний исторических корней и опоры на опыт предшествующих поколений. В народе говорится: нет дерева без корней, дома — без фундамента. Нашему обществу нужна личность, способная самостоятельно сделать нравственный выбор, понять, кто он, каковы его корни, чтобы извлечь из истории правильные уроки жизни. Нельзя слепо повиноваться инстинкту и идти на поводу у обанкротившихся правых партий и их замшелых идеологий.

Загрузка...

Сюжеты