Крымский политолог: мы никакую "изоляцию" полуострова не ощущаем

Начало автомобильного движения по Крымскому мосту
РИА Новости

Илья Круглей

За шесть лет с момента воссоединения Крыма с Россией жизнь на полуострове в корне изменилась. Как именно – в интервью для Baltnews рассказал политолог из Крыма Леонид Дегтярев.

Тема блокады Крыма до сих пор является "аварийным планом" для некоторых радикалов на Украине, однако ситуация в регионе уже сильно изменилась. Полуостров трансформировался. Инфраструктура, туризм и коммуникации удивляют своими показателями.

В Верховной раде готовятся принять декрет, запрещающий поставку воды в Крым. СМИ сообщают, что документ уже подписан десятками депутатов из партии бывшего президента Петра Порошенко.

При этом украинская оппозиция, пытаясь заработать политические очки, обвиняет власть в желании заключить тайные договоры по признанию Крыма российским. Среди таких "детективов", разумеется, есть националисты, которым для поддержания своей идеологии постоянно нужны подобные повестки. Это, кстати, стали признавать даже в европейской прессе.

"Крым им (радикалам) нужен как инструмент агитации, а то, что от этого страдает гражданское население полуострова, среди которого много украинцев, для них, похоже, не имеет значения", – пишет шведское издание Nyhetsbanken.

Но так ли действительно зависит от Украины сегодня Крым? Как вообще сегодня живет обычный житель полуострова, и что с экономикой в регионе на самом деле? Об этом в интервью для Baltnews рассказал Леонид Дегтярев – политолог, ранее работавший в "Корпорации развития Республики Крым".

– Г-н Дегтярев, как сказывается международная изоляция на Крыме и простым его жителям?

– По простому жителю никак не сказывается никакая изоляция. Последним актом "изоляции" со стороны Украины, который на себе ощутил каждый житель Крыма, был блэкаут в 2015 году. С тех пор Крым получил сначала энергомост с Кубани, а теперь и собственные генерирующие мощности (запущены две ТЭЦ – Балаклавская и Таврическая), перекрывающие все перспективные потребности полуострова и позволяющие даже поставлять электроэнергию на материк.

Балаклавская ТЭС в Крыму.
© Sputnik / Алексей Мальгавко
Балаклавская ТЭС в Крыму.

С дефицитом воды для бытовых нужд лично я не сталкивался ни разу. Ни в степном Крыму, ни в туристических зонах, причем в любое время года. Скажу больше: режим отключения воды, например, в Мытищах более жесткий, чем в Симферополе.

Дефицит воды для населения в Крыму – фейк, а все разговоры вокруг открытия Северо-Крымского канала – не более чем политическая спекуляция. Украинской воды никто из крымчан не ждет.

Что касается продуктов питания, то за все годы жизни в Крыму вспомню единственный раз, когда полки со скоропортящейся молочной продукцией стали едва заметно редеть – дело было зимой, еще до постройки моста, паромное сообщение было прервано штормом на несколько дней. Но местные производители справились.

Гипермаркет "Ашан" в Крыму
© Sputnik / Константин Михальчевский
Гипермаркет "Ашан" в Крыму

Никакого дефицита нет. Да, на полуостров пока не пришли крупные сети, но ассортимент супермаркетов выглядит точно так же, как в соседних регионах России. Ходят упорные слухи, что крупный ритейл давно скупил местные сети через аффилированные структуры. Так что вся разница лишь в вывесках.

Цены на продовольствие заметно выросли еще в середине 2014 года. Весной после референдума бутылка обычной "Массандры" стоила 130 рублей, к осени – уже 400. Сейчас цены в Крыму на уровне городов миллионников и Подмосковья – в целом, привычные для россиян. Многими местными жителями они воспринимаются как высокие – средняя зарплата в Крыму пока ниже, чем на материке.

Леонид Дегтярев
© facebook / Леонид Дегтярев
Леонид Дегтярев

– Что с работой банков?

– Отсутствие в Крыму отделений крупных российских банков тоже не ощущается. На полуострове работают банк "Россия", РНКБ, Генбанк. Крымчане пользуются абсолютно теми же финансовыми продуктами, что и население других регионов. Если не ошибаюсь, могут они сейчас получить кредит и на материке, например, ипотечный.

Лично я пять лет пользуюсь в Крыму своей картой "Сбербанка" и никаких проблем не испытываю. В городах везде стоят терминалы, комиссия при снятии наличных – 100 рублей с любой суммы.

Паспорт с крымской пропиской – тоже не приговор. Я знаю тех, кто свободно путешествует по Европе, и нескольких, кто там постоянно работает. 

– А что с инвестициями?

– Все крупные стройки – транспортные, промышленные, социальные – начиная с Крымского моста и трассы "Таврида" и заканчивая детскими садами, ведутся за счет средств ФЦП – федеральной целевой программы социально-экономического развития Республики Крым и города Севастополя. Она рассчитана на несколько лет и начиналась с 800 миллиардов рублей – на сегодня перевалила за 1 триллион 200 миллиардов. Государственных денег в Крыму так много, что их не успевают "осваивать".

В Стратегии социально-экономического развития, где черным по белому написано: российский бюджет вкладывает деньги для скорейшего преодоления инфраструктурных ограничений, а правительство региона берет на себя обязательство "компенсировать" эти вложения за счет привлечения внебюджетных, то есть частных инвестиций в экономику региона. И там же график: в первый год Крым должен привлечь 75 миллиардов рублей инвестиций, во второй – 100, в третий – 150 и так далее.

Задача, надо признать, в условиях санкций трудно решаемая.

Кроме того, инфраструктурные ограничения остаются. Например, связанные с той же водой. Для населения воды хватает, а вот для мелиорации сотен тысяч гектаров сельскохозяйственных земель – уже нет.

– Как вы оцените эффект от запуска железнодорожного моста?

– Эффект положительный. Впрочем, это лишь элемент возврата к нормальной жизни. Но нужно не забывать и простые вещи.

Первое – следствием улучшения логистики не будет снижение потребительских цен. Выгоду съест оптовое звено дистрибьюции, перекупы. Второе – крымчане на материк не едут. Большинству из них там делать нечего. Это полезно, в первую очередь, для туристов.

Первый пассажирский поезд Санкт-Петербург - Крым
© Sputnik / Виталий Тимкив
Первый пассажирский поезд Санкт-Петербург - Крым

– Кстати, а как поживает туристическая отрасль Крыма?

– Она развивается экстенсивно – за счет ежегодного увеличения числа туристов. С учетом ряда факторов в грядущем сезоне их количество может приблизиться к 8–9 миллионам.

Что такое туристическая отрасль Крыма? Это 250 официальных мест размещения разной "звездности". Это полуразрушенные санатории, которые нельзя перепрофилировать или снести. Например, "Ай-Тодор", в центре которого памятник архитектуры – усадьба великого князя. Это тысячи сдаваемых в сезон комнат, домов, номеров в миниотелях, эллингов – которые нигде не числятся, а многие – самострои.

С другой стороны, все это требуется облагородить и легализовать. Вот и приходится искать компромиссы: сегодня что-то открылось, завтра что-то закрылось.

Крым способен "переварить" до 13–14 миллионов туристов ежегодно, это пиковые значения советского периода. А потом... Одни говорят о массовом экономном туризме, другие лоббируют строительство элитных отелей и яхтенных марин.

– Можете рассказать, как у полуострова с самодостаточностью? После блокады Украины многому ведь научились?

– Крым остается дотационным регионом – чуть менее чем полностью. Тем не менее крымчане вполне самодостаточны и, зарабатывая на приезжих, не испытывают по отношению к ним никакого пиетета.

И наконец, я знаю твердо, что в Крыму совершенно отсутствует проблематика "украинства" и национальная проблематика вообще. Я общался с татарами в степном Крыму, лично считал явку на сельских избирательных участках, был не раз на культурных мероприятиях татарской общины. Все антироссийские проявления в Крыму маргинальны и единичны. Масштаб проблем подобного рода многократно преувеличен украинскими и западными СМИ.

Да, сейчас государство – основной инвестор. Но Крым строится, обновляется. Что еще нужно простым людям?

Ссылки по теме