tallinn
Литва
Эстония
Латвия

Сюжеты

Таллинка Алёна: меня начали выживать с работы, узнав про мою беременность

Таллинка Алёна (имя изменено по просьбе девушки) обратилась в BaltNews.ee с грустным рассказом о произволе работодателя, который избавился от работницы, узнав, что она беременная. Особую пикантность ситуации добавляет то, что русская девушка работала в преимущественно эстонском коллективе.

BaltNews.ee предлагает вашему вниманию ее подробный рассказ-исповедь о случившемся. Очень надеемся, что эта история послужит кому-то из наших читательниц предупреждением. Название места работы и фамилии работодателей и коллег изменены в связи с разбирательством в Трудовой инспекции Эстонии.

«Устроилась я в таллинский ювелирный магазин Х 18 октября 2016 года, собственно, и договор был подписан в этот день. Я была очень рада, что устроилась в такой крупный и солидный магазин, по крайней мере, на тот момент мне так казалось.

Приступила к работе в этот же день. Лично я считаю, что я очень хорошо справилась, так как от природы я очень общительный человек и владею русским, эстонским, английским и немецким языком, поэтому с любым клиентом могу найти общий язык.

График был составлен до конца октября, заведующая М. сказала мне, что я хорошо подхожу, и я думала, что наконец-то я нашла работу своей мечты. Отработала месяц и все было хорошо, не считая мелких замечаний в мою сторону, но их делали не только мне, но и другим работникам. В письменном виде ни одного взыскания или предупреждения мне не было сделано, лишь в устной форме раза 3-4 за все время работы.  

В начале ноября я узнала, что скоро стану мамой и решила поделиться этой новостью на работе, так же 8 ноября принесла справку от своего врача на легкий труд, то есть теперь я могу только по 8 часов в день работать, а не по 12, как раньше, плюс у меня должны быть несколько обедов и в то время, в которое я захочу, а не по договору с 13:00 до 15:00. 

Как оказалось, этой новости никто на работе не обрадовался, а, наоборот, очень расстроились и без стеснения высказали мне это. Я была очень шокирована этим и даже хотелось заплакать, но я решила, что не буду этого делать, хотя было очень обидно. В этот же день, как и положено по закону для беременных, я отработала свои 8 часов, предупредила заведующую М. и ушла в 18:00.

На следующий день я выслушала от нее много нелицеприятного, вплоть до того, что я покинула раньше времени рабочее место, хотя по графику и по справке от врача больше 8 часов меня никто не может заставить работать, только по моему желанию. 

С этого все и началось, а именно жесткий прессинг со стороны работников и работодателя, мол, как так — мы работаем по 12 часов, а она по 8. Да и работодатель была расстроена тем, что ей придется искать скоро нового работника, так как я уйду в декрет. Я пыталась ей объяснить, что это природа женская, но, видимо, все бесполезно. Мне начали поручать физически нелегкие задания, например залезть на стремянке повыше и перевести все часы в правильное время (около 500 штук), мыть полы, предварительно поменять грязную воду в ведре и налить новую. 

Часы я согласилась перевести и то, не залезая на стремянку, а стоя на полу, так как я боялась упасть, я боялась за своего ребенка. Тем более стремянка была очень старая и расшатана, а несчастные случаи на работе у них случались очень часто — за то время, что я работала (около двух месяцев), у них 2 работницы побывали на больничном с производственной травмой (падали на них огромные стекла с витрин). И, как мне сказали, они часто падают, так как они старые, а руководство не хочет менять на новые. С того момента я начала бояться и этого. 

16 ноября так получилось, что я осталась одна в магазине, так как другая работница ушла за моющими средствами в магазин (ее не было около двух часов), и за это время пришло очень много народу и я не справлялась, плюс звонили из другого магазина этой же сети и просили меня сделать фотографии определенного товара. Но я ответила, что пока не могу, так как я одна и у меня много клиентов в зале и все они хотят, чтобы я их обслужила. Работницы долго не было, и я ей звонила, чтобы она пришла, но она не брала трубку. Я не понимаю до сих пор, почему ее не было два часа, хотя хозяйственный магазин находится на нулевом этаже, а наш магазин на первом. Поэтому для того, чтобы купить моющие средства и вернуться на свое рабочее место, нужно от силы 15 минут. 

Звонки на телефон не прекращались, я не успевала одна, одни клиенты были вынуждены ждать, пока я обслужу других. И тут приходит работница И. из магазина, и я ее прошу ответить на звонки и сделать фото товара, которого меня просили, но она меня игнорирует, говорит, что она занята, хотя она стояла и ничего не делала. Я повторила ей несколько раз и потом уже я услышала в свой адрес оскорбления от нее и упреки, мол, кто я такая, чтобы диктовать ей, что делать. Я объяснила, что народу много, и я не справляюсь. Тут вмешался часовщик, который работал в нашем магазине, назвал меня дурой и сказал, чтобы я закрыла рот, а работница И. наконец-то соизволила обслужить клиентов. 

Мне стало очень плохо и я вышла на улицу, чтобы освежиться. Я очень расстроилась, довели меня до слез. Я вызвала «скорую помощь», так как чувствовала себя плохо из-за давления и оскорблений. Они знали, что я в положении, но это их не остановило в желании оскорблять меня. Приехала «скорая» и зафиксировала у меня высокое давление, сказали, чтобы я срочно ехала домой и минимум неделю лежала дома. Я предупредила заведующую М. о том, что произошло, и сказала, что еду домой, но меня очень просили выйти завтра, так как некому было работать.

Слава Богу, мне стало лучше немного, и я вышла на следующий день на работу. После этого я не разговаривала с работниками, так как мне было обидно. Я не удивилась такому отношению ко мне как к коллеге, так как на днях работница И. уронила и разбила часы клиенту и даже не извинилась. Клиент стоял больше часа и ждал, что извинятся и предложат ему новые часы, но работница И. не извинилась. Пришлось мне вмешаться, извиниться и сделать все, чтобы клиент остался доволен. В конце концов, решили с ним вопрос, предложили ему новые часы, и он согласился. 

Через полчаса он принес мне коробку конфет за хорошее обслуживание и дал свою визитку. Клиент был русский. Может, поэтому она не извинилась (коллега — эстонка по национальности — прим. BaltNews.ee). Это мое личное мнение, так как я видела её отношение к русским и эстонским клиентам. 

После этого я еще проработала несколько дней и 22 ноября я пришла на работу, как обычно, в 9:30. На месте уже была заведующая М. и заведующий по подбору персонала Р. Я не успела даже снять верхнюю одежду, как мне суют под нос бумагу об увольнении «со дня». Я была шокирована и спросила, за что и почему, мне ответили, что я просто не подхожу, хотя до беременности я, видимо, очень хорошо подходила, клиенты были довольны и у меня были почти самые лучшие продажи по кассе. 

Я считаю себя хорошим и ответственным работником, так как часто приходила на помощь к эстоноговорящим работникам, когда они обслуживали русских клиентов, которые не говорили по-эстонски. Заведующая М. с надменным взглядом, махнув мне рукой, сказала, что я уволена и могу быть свободна. Это как минимум было нетактично, но я пропустила это и решила все-таки выяснить, на каком основании они уволили беременную девушку, но кроме как Ei soobi («Не желаю объяснять» — прим. BaltNews.ee) я ничего не услышала. 

Я забрала заявление, не подписав его, и ушла. Позвонила адвокату А. и, поговорив с ним, мы решили поехать в главную контору и все-таки добиться причины моего увольнения, так как на месте мы не услышали причину. Адвокат предложил им компромисс и дал время подумать три дня, через три дня я все-таки получила на счет последний расчет, а именно зарплату за 1-22 ноября, а также компенсацию за то, что меня, не предупредив за две недели, уволили «со дня».

Но на бумаге я до сих пор не получила расчет, где видно, за что мне энную сумму выплатили. Через месяц я подала заявление о дискриминации беременной и о несогласии на свое увольнение в Трудовую комиссию, заявление приняли и назначали заседание на 24 января.

Я нашла нового адвоката, так как прежний был мне не по деньгам, проконсультировалась с ним. На тот момент присяжный адвокат работодателя прислала мне несколько заявлений от работников, мол, какая я, оказывается, плохая. Однако все заявления были написаны одним почерком и этот почерк принадлежал заведующей М., так как по работе я знаю ее почерк. Даже адвокат сказал, что это все написано одной рукой. Я считаю, что изначально у нее появилась ко мне антипатия, все-таки это очень чувствовалось на протяжение моей работы в данном магазине. 

Также адвокат сказал, что «готовься к тому, что они будут врать», так как под страхом увольнения другие работники подпишут все, что угодно. Я тоже так думаю.  Так как в магазине работают только видеокамеры без звука, я не могу доказать свои слова и опровергнуть их лживые обвинения. Кроме того, все видео удалено, но, как мне сказали в личном разговоре, пусть я даже 100 раз буду права, но если есть «свидетели», которые наврут, то я окажусь виноватой. 

Так же и на заседании в Трудовой комиссии я мало чего смогу доказать, а лживость их будет литься рекой даже в суде. Поскольку, если ты работодатель и у тебя есть деньги на дорогого присяжного адвоката, то ты прав».

BaltNews.ee намерен проследить за дальнейшим развитием событий, связанных с увольнением таллинки Алёны. Мы обратились за комментарием в Трудовую инспекцию Эстонии. 


Загрузка...

Сюжеты